Уже несколько лет под Курском работает улиточная ферма — здесь не только выращивают экзотический деликатес, но и проводят экскурсии для желающих. «Край» поговорил с её основателем Владимиром Шалагиновым о том, как он пришёл к такому бизнесу.
Как пришла идея открыть такой бизнес в Курской области?
Вообще мы производим детскую одежду под торговой маркой «Даримир». Шьём с 2008 года, но из-за сезонных просадок решили, что надо диверсифицировать бизнес. Верхняя одежда хорошо продаётся зимой, летом у нас провал – значит, мы его должны чем-то компенсировать.
Долго думал, каким бизнесом заняться. Олег, который работал тогда у меня водителем, занимался сельским хозяйством у себя на земле: кроликами, курицами и так далее – у него в деревне дом, где он провёл детство. Ему стало тяжело одному справляться, пригласил меня. Ответил, что кроликами заниматься не буду, а вот улиткой – давай! Отрасль тогда только начала развиваться в России, мне попадались статьи и видео на эту тему.
Поехали смотреть землю – а там всё заросшее: кусты, грязь. Вычистили поляну, чтоб хотя бы пройти. Когда уже возвращались к машине, грустно думая о нереалистичности такого бизнеса, увидели, что на капоте сидит улитка. Не гастрономическая, конечно, обычная лесная. Но как она туда забралась? Решили, что это знак — надо бизнес начинать.
Тяжело было начать?
Сначала выращивали «малька», такое изначальное стадо. Этим сложно заниматься, падёж большой. А ещё появились звери, которые её едят – может, до этого и не было, но сейчас мыши и крысы едят улитку. Приходится со всеми бороться.
Сколько сейчас человек этим занимаются?
Пока занимаемся в основном семьями: я с супругой и Олег со своей семьей. У него еще есть товарищи, которые помогают.
Как к такому бизнесу по соседству относятся местные жители?
Мы нанимали одного из них… С персоналом в деревне очень сложно. Они не хотят работать. Ты ему вроде денег даешь, он не работает нигде, у него денег нет, но он не хочет с тобой работать. В городе сложно, но в деревне еще сложнее.
Насколько перспективным вы видите это направление?
Перспектива ощущается. Модель, которую мы видим основной – это, конечно, агротуризм. Мы бы хотели выкупить всю деревню, стоящие рядом пять домов. И делать там, как сейчас называется, «этнодеревню».
Мы хотели бы взять соседнюю землю в аренду и навести там порядок. Приезжающие к нам часто спрашивают: «А где здесь можно искупаться?». Они хотят какой-то движухи: не просто съездить на улиточную ферму, но сделать заодно что-то ещё. Через дорогу есть пруд, мы бы хотели его благоустроить, сделать там пляж, рыбалку.
Мне самому нравится с людьми общаться, экскурсии проводить, готовить и так далее.
Что за гербы с улитками висят на участке?
Это всё — настоящие гербы городов, в основном, европейские. Как правило, это те города, где развито улитководство, виноделие и так далее. Но есть и один наш — единственный в России герб с улиткой, города Нерехта Костромской области. В описании герба сказано, что раковины улитки означают две реки рядом с городом, которые изобилуют улитками.
А что насчёт именно производства улитки на продажу — насколько успешна эта часть?
У нас уже не первый год расширяется линейка продуктов. Начали с улиток в разных соусах: по-бургундски, по-дижонски, беарнез. Сейчас добавили паштет из печени улитки, икру улитки и супы. Продукты мы сертифицируем.
Хотим наращивать объём — выращивать где-то порядка пяти-десяти тонн улитки и делать продукты, которые пойдут в магазины, в рестораны и так далее. Улитку у нас уже закупает ресторан «Высота», с ней делают пасту — я сам пробовал, мне понравилось.
Где сейчас можно купить вашу продукцию?
Пока только напрямую: мы сделали сайт, на котором можно оформить заказ.
Поставки в торговые сети есть в планах?
Это вопрос объёма. У нас нет объема для того, чтобы сразу завезти во все магазины, должен быть определённый запас. Если у нас выйдет получить какой-то грант, то хотели бы запустить цех по производству.
Был запрос даже от китайцев, но им нужны сразу десятки тонн.
Как с конкуренцией в этой сфере по России? Есть сложившийся рынок?
Всё только в начале пути, поэтому сложившегося рынка нет. Есть «Азов Трейд», «Хеликс Групп», но у них тоже объёмы относительно небольшие.
Понятно, что ещё нет потребления. Так у нас в своё время на рынок заходили и мидии, и креветки, и оливки. Народ сначала ко всему этому относился скептически, а сейчас едят. Запрос формируется — люди посещают места вроде нашего, понимают, что это хороший продукт и они готовы его покупать.
Конечно, это не ежедневная продукция для потребления. Поедание устриц, креветок с пивом, мидий — это всё некий ритуал. С улитками тоже ритуал: вот эскарготница, вот вилочка, вот хлеб, вот брют или белое вино. Это антураж, это процесс, который затягивает.
Что происходит с улиткой после закрытия «туристического сезона»?
Убираем в камеру хранения, «морозилку». Выдерживаем определённую температуру — где-то плюс пять, влажность шестьдесят процентов. В таких условиях они засыпают и уже в марте мы их разбудим.
